Системная феноменология в рассмотрении этнических конфликтов

По материалам VIII Всероссийской научной конференции » Межкультурные коммуникации и миротворчество»

Издревле тема войны и мира занимала государственных деятелей, мыслителей и людей искусства разных культур. Римские галлы в Салической правде назначали плату, поступавшую в королевскую казну за нарушение общественного мира и правопорядка – фредум. В одноименном очерке художник-миротворец Н. К. Рерих писал: «… каждое охранение мирных условий не будет ни боязливостью, ни суеверием. В каждом проявлении этого благородного намерения уже будет заключаться то миротворчество, которое заповедано во всех основных законах. Отступление от миротворчества, всякое нарушение мирных условий, конечно, уже противоречит людскому строению».

Усилия многих неравнодушных прилагались и продолжают прилагаться к поддержанию мира: от легендарного Орфея с его умиротворяющими мелодиями и устроителей месяца перемирия древних Олимпийских игр вплоть до миссий голубых касок современной ООН в горячих точках — спектр и регионально-временной охват миротворческих подходов необычайно велик. Воистину, справедливы библейские слова «блаженны миротворцы». Однако, как писала выдающийся философ Е. И. Рерих, «лишь на основе культуры, самой возвышенной, самой утонченной, сотрутся все ненужные и мешающие различия и создастся то светлое воинство Духа, которое в действенном миротворчестве утвердит светлое будущее человечества».

Тем не менее, пока в синтезе лучших человеческих достижений не утвердится утонченно-могучее понимание Культуры, никакие инструменты международного права не смогут иметь широкой действенности. Так, прозорливый русско-американский социолог П. А. Сорокин со своей теорией суперсистем культуры, где (эмпирически-) чувственная культура противопоставляется т.н. идеациональной культуре, нацеленной на Абсолют, писал в начале Второй мировой войны, что «пока длится переходный период, до воцарения нового идеационального или идеалистического общества и культуры, война будет продолжать играть главную роль в человеческих взаимоотношениях. Если бы даже завтра было подписано соглашение о прекращении военных действий, это представляло бы главным образом «антракт», за которым последовал бы еще более ужасный и катастрофический Армагеддон».

Между тем, развитие человеческой мысли в течение последнего столетия привело к нескольким подходам к миротворчеству на стыке разных отраслей человеческого знания. Синергия возможна и на пересечении этнологии и наук, традиционно изучающих психосферу — звено между импликативным и феноменальным. А понимание скрытого порядка, действующего, согласно физику Д. Бому, на основе голографии и фрактальных принципов, подразумевает развитие и новых естественно-научных подходов.

Конечным инструментом воздействия при этом могут являться психотерапия и психоанализ, основанные на мифологической метафоре в пространстве игры. По форме это могут быть организационно-деятельностные игры (ОДИ) по методологу Г. П. Щедровицкому, основателю Школы культурной политики. Получили известность и т.н. стратегические игры исследовательской группы С. Б. и Е. Б. Переслегиных.

Альтернативный системно-феноменологический подход когнитивного моделирования — использование психотехники системных расстановок Б. Хеллингера. Одна из самых неоднозначных фигур европейской экзистенциальной философии и психотерапии, он создал подход к работе с подсознательными связями внутри семьи и сообщества, которые сказываются на конфликтах, возникающих даже через поколения (семейные расстановки). Подобные надсознательные связи могут существовать не только с членами семьи или коллегами, но и с объектами (например с работой и профессиональным призванием), концептами (в т.ч. культурными ценностями). Основные характеристики рассматриваемых систем затрагивают такие понятия, как связь, или одновременная принадлежность всех элементов системы к системе, баланс агентов между «давать» и «брать», порядок, определяющий гласные или негласные уровни системы и ее иерархию, свободу выбора, непрерывную трансформацию.

В дальнейшем подход Хеллингера (в т.ч. его модификации «движения Души», «движения Духа», многоуровневые расстановки и «мертвые» расстановки, полученные в результате транскультурного эволюционирования метода) был использован в разных сферах социально-экономической жизни, в т.ч. в отношении коммерческих компаний и политических партий. В этнопсихологическом аспекте применялись семейные расстановки для решения кросс-культурных проблем в смешанных семьях [1], для преодоления травматических эффектов межэтнических конфликтов, в т.ч. Холокоста [10]. Системные организационные расстановки, или бизнес-расстановки, исследовались для применения в диагностике бизнес-решений и увеличения их эффективности [7, 11].

С. Д. Фурта и Т. Б. Соломатина, рассматривавшие организационные конфликты, среди прочего, путем работы с картой заинтересованных сторон (т.е. с геометрическим разбиением стейкхолдеров — акторов экономической среды организации), заметили, что «… само существование метода Хеллингера — прекрасное эмпирическое доказательство того факта, что геометрическая модель окружения бизнеса или проекта может привнести понимание ситуации, в которой оказывается лидер» [8].

Явление заместительского восприятия в подходе — объект наиболее широкой критики классических психотерапевтов в силу недостаточного научного обоснования метода и его эффективности. Ярые критики подхода считают, что его положительные (для клиентов) результаты достигаются скорее, например, с помощью эффекта Барнума и гало-эффекта. Вместе с тем, оперирование архетипами и понятием коллективной души, глубоко укоренившееся в психоанализе и достаточно широко используемое в других отраслях гуманитарного знания, не встречает подобного отрицания, зато до объяснения физической природы интенциональных полей тем более далеко, что даже такие полевые феномены, как клеточные поля Гурвича и зеркальный цитопатический эффект Казначеева, стоят особняком от современной научной парадигмы. Помимо отсутствия безусловно понятных причинно-следственных связей между изначальной задачей расстановки, ее результатами и течением самой расстановки к недостаткам (ограничениям) метода можно отнести трудности этического толка, в т.ч. вопросы конфиденциальности и психологической и физической безопасности участников.

Все же, подход позволяет выявить то неявное, что присутствует в межличностных отношениях, ведет к более холистическому восприятию конкретной ситуации. В [9] пишется о том, что «психологическим механизмом, обеспечивающим эффективность системных семейных расстановок, является расширение границ познания человека о его взаимосвязях с окружающим миром и последующая трансформация своей личности, а значит и изменение объективно существующей реальности».

Кроме того, расстановки позволяют повысить когнитивную эффективность лиц, принимающих решения [4], придать инновационность управлению процессами, которая обеспечивается, по словам исследующей сложное мышление Е. Н. Князевой, за счет того, что подобное управление должно быть, мировоззренчески ориентированным, рефлексивным, синергетическим, экологическим, конструктивным [3].

Одна из самых критических составляющих предпосылок метода — гипотеза о существовании особого пространства, в котором «расставленная» система вызывает определенное напряжение в виде поля. Ноуменальная часть этих полей, так же как и ноосфера, может быть соотнесена с составляющими т.н. риттеровых пространств [5] — сочетаний природных комплексов с человеческим сознанием. Как было описано в [5], подобные многомерные пространства, обладающие выраженными свойствами самоподобия и скалярности, могут быть применены для описания концепция Л. Н. Гумилёва об этнических полях. При этом субэтносы, реликты, изоляты (в терминах самого Гумилёва) представляют собой аттракторы фазового пространства. Собственно, по его гипотезе, этническое поле и есть поле поведения и аттрактивности членов этнической системы, возникающее на основе пассионарного поля.

Объединить в духе российских трансперсональных традиций этнологические подходы Гумилёва и системные расстановки Хеллингера решили в Центре Льва Гумилёва П. В. Зарифуллин и А. С Королевская [2]. Элементы юнгианского психоанализа позволили им выходить в расстановках, через заместителей, на гумилевскую антисистему (системную целостность людей с негативным мироощущением), т.н. Бездну, а также на гумилевские стереотипы, т.е. этнические эгрегоры. Здесь под эгрегором понимается своего рода гештальт, но также и «крупное психосферное образование, обладающее, в отличие от просто психической матрицы, культурно значимым потенциалом. Эгрегор — своего рода резервуар, из которого соответствующим образом настроенная психика черпает психическую энергию. Последняя же конвертируется и в энергию витальную, энергию культурной деятельности» [6]. Один из основоположников социологии Э. Дюркгейм о подобных образованиях писал: «Соединяясь в одно целое, проникая друг в друга, сливаясь, индивидуальные души порождают, если угодно, психическое существо, психическую индивидуальность нового типа». Невропатолог В. М. Бехтерев в сходном отношении отмечал, что «коллектив всегда имеет свою цельную физиономию».

Такие этнопсихологические тренинги могут быть использованы для обучения команды миротворцев, наработки управляемой психосоматической реакции к возможным паттернам конкретного конфликта — по сути, к трансляции полученного опыта на обычные условия конфликтной среды. Трансляция сходна с гумилевской пассионарной индукцией, т.е. трансформацией поведения гармоничных особей и субпассионариев в присутствии пассионариев под влиянием пассионарного поля.

Упомянутый подход системно-феноменологического типа, протестированный в Центре Гумилёва на примере конфликтов в Приднестровье, Нагорном Карабахе, Афганистане, Украине, сейчас находится в начальной стадии верификации и нуждается в широком сотрудничестве с академическими исследователями.

Практикующие этот подход миротворцы научаются видеть конфликт более цельно, в т.ч. во временной развертке, находят прежде всего точки равновесия в своей душе, учатся находить подобные точки и противоборствующих сторон, привлекают силы любви (и тут пригождается понимание порядков любви у Хеллингера). В случае с этноконфликтами, применение гибридной тренинговой методики является также шагом в сторону индигенизации, т.е. опоры на социокультурные традиции участников, которая помогает преодолевать барьеры психики в постижении ранее неведомых реалий конфликтного процесса.

Егор Турлей

Библиографический список:

1. Бебчук, М. А., Корсун, Т. В., Рихмаер, Е. А. Психология семьи и семейная психотерапия в кросс-культурном аспекте (Республика Казахстан) // Альманах современной науки и образования. Тамбов, 2008. № 10 (17). Ч. I. C. 19—22.

2. Зарифуллин, П. В. Любовь и Народы (Гумилёв и Хеллингер). URL: http://www.gumilev-center.ru/lyubov-i-narody-gumiljov-i-khellinger (дата обращения: 14.05.2017).

3. Князева, Е. Н. Природа инноваций и некоторые проблемы инновационного управления // Управление: социально-философские проблемы методологии и практики. СПб, 2005. С. 98—130.

4. Нестерова, М. O. Когнитивные технологии инноваций в управлении социо-экономическими системами // Ученые записки Таврического национального университета им. В. И. Вернадского. Серия «Философия. Культурология. Политология. Социология». 2014. Т. 27 (66). № 1-2. С. 208—216.

5. Осипов, В. А. О структуре географического пространства // Вестник Тюменского государственного университета. 2010. № 3. С. 126—133.

6. Пелипенко, А. А. Импликативный мир и культура. Часть 3. Природа импликативного мира // Личность. Культура. Общество. 2001. Т. XIII. № 1 (61—62). С. 62—76.

7. Стасенков, Ю. А. Системные бизнес-расстановки: эффективный инструмент диагностики бизнес-решений // Актуальные проблемы современной науки. 2010. № 5 (55). С. 5—55.

8. Фурта, С. Д., Соломатина, Т. Б. Карта заинтересованных сторон – инструмент анализа окружения бизнеса // Инициативы XXI века. 2010. № 1. С. 22-27.

9. Шелехов, И. Л., Белозёрова, Г. В. Визуализация семейной системы: метод Б. Хеллингера в контексте научной парадигмы // ΠΡΑΞΗΜΑ. 2017. № 1 (11). С. 86—103.

10. Hellinger, B. «Peace Begins in the Soul: Ethnic Conflict and Reconciliation». URL: http://dev.hiddensolution.com/peace1.htm (дата обращения: 14.05.2017).

11. Wade, H. Systemic working: the constellations approach // Industrial and Commercial Training. 2004. Vol. 36 (5). P. 194—199.